О лабораторных животных

Потрет в аскетическом интерьере

Кошка есть тварина вредная и для хозяйства негодная.
Мяса от неё с гулькин нос (да и невкусное оно), молока не надоишь, да и шкура так себе, зимнюю шапку не сошьёшь.

Впрочем, над этими животными можно учинять эксперименты самого разного толка. Например, устроить подопытному кошаку децеребрационную ригидность (классическая картинка с изображением оной хорошо мне запомнилась ещё со школьных времён). Или липкую ленту на бок наклеить и посмотреть, что будет. Нервная система у тварей сих неразвитая, и сбои легко даёт.

Так сложилось, что в раболатории нашей обитают две кошки: одна из них чёрная, а другая тоже чёрная. Одна является дочерью другой.

Старшая кошка имеет беременный вид несмотря на отсутствия двух полосок в тестах (и где либо ещё). После пастеризации, вернее, стерилизации, она изрядно раздобрела. Силу притом имеет большую и открывает стальную дверь одной передней левой. Характер выдержанный, нордический. Интеллект по кошачьим меркам высок, но выражение морды у его носительницы зачастую глупое.

Младшая же кошка вид имеет изящный и подвижность молниеносную. Умишком же совсем не в мать пошла: глупа, пуглива, хозяев своих боится. Вреда от неё много, а толку чуть. Отдельные сотрудники и рады бы от неё избавиться, но у неё, как и у её матери, имеется патронша, к мнению коей обычно прислушиваются.

Животные — особенно мелкое — любят иногда, в перерывах промеж лёжкой и кормёжкой, побегать и поиграть. Однако, в ночное время суток подобная активность воспрещается, ибо срабатывают датчики движения и, соответственно, сигнализация. Посему вечером их запирают в маленьком закутке, где у них есть всё, необходимое для аскетичной кошачьей жизни: жратва, вода, лоток и старое кресло, чтобы в нём вальяжно валяться. Даже настольная лампа есть, из гуманных соображений: вдруг им будет страшно без ночника. Или на случай, если они захотят почитать надписи на упаковках с кормом на сон грядущий.

Запирает их исключительно их покровительница, предварительно заманив пищей. Другие сотрудники сделать это не в силах, ибо животные ко всем, кроме своей хозяйки, относятся с большим подозрением и всегда готовы уличить в страшных намерениях.

Однажды я пытался загнать кошек в их стойло в течение двух часов кряду. Все усилия были напрасны, и пришлось оставить их в основном помещении в надежде, что они будут вести себя хорошо, и сигнализация не сработает.

Самого страшного не произошло, но наутро пол был покрыт изорванной бумагой. Подобное варварское поведение, несомненно, может быть присуще лишь самым примитивным созданиям, не знающим ценности великого китайского изобретения и распечатанных на нём документов.

Такое повторялось не единожды.

Тем более странен подход нашей уважаемой сотрудницы, считающей, что они «совсем как люди». Хотя, конечно, есть немало людей, которые совсем как они.

Лично же я разделяю идеи одного своего товарища, который однажды, погладив кота против шерсти, предложил концепцию кошковой электростанции. Там зафиксированные в специальном роторном устройстве кошки могли бы своим существованием приносить хоть какую-то пользу человечеству.

Диванное

Я лежу на диване в засаленной майке,
За окном над помойкой дерутся две чайки,
На столе — тараканы, в углах — пауки,
У дивана стоят в две шеренги носки.

Я уволен с работы, и кончилась водка,
Холодильник сломался, протухла селёдка,
Кот куда-то сбежал, грызуны обнаглели,
Крысы съели шинель и ремень от шинели.

Что мне делать? Что делать?.. Куда мне податься?
Может, стоит пойти в переход побираться?
Может быть, мне убить и ограбить кого-то?
Или всё же устроиться вновь на работу?..

Но зачем? Проще сдохнуть в квартире пустой,
И когда-нибудь здесь обнаружат труп мой,
На диване лежащий в засаленной майке
У окна, за которым — помойка и чайки.

Математические этюды. П.Л. Чебышев

Пафнутий Львович Чебышев, бывало, очень любил прогуливаться по набережной Невы. Гулял он не так, как все нормальные люди, а на шагоходе собственной конструкции, высокомерно поглядывая на окружающих.

Однажды, тихой осенней ночью, он ехал в своей машине под мерное постукивание её опор по булыжнику мостовой. Вдруг из-за угла выскочили неизвестные. Они подбежали к Пафнутию Львовичу слева. «Итак», — подумал Чебышев, — «три неизвестных в левой части и я с шагоходом в правой. И каково же будет решение этого уравнения?». Впрочем, он ошибался: это было не уравнение, а самое настоящее неравенство. По большей части классовое. Но противник имел и численное превосходство. Неизвестные стащили Чебышева с шагохода, пару раз бернулли ножом под рёбра, обмотали цепью Маркова и бросили в Неву.

Наутро вокруг места происшествия собралось множество людей с подмножествами праздных зевак, городовых, детей и прочих. Они смотрели на пятна запёкшейся крови и валяющиеся в беспорядке детали машины. Вдруг толпа расступилась с удивлёнными восклицаниями. Бледный, дрожащий, держащийся за правый бок, к обломкам своего детища подошёл Пафнутий Львович Чебышев. «Вот что бывает», — печально сказал он, — «когда действительность сталкивается с мнимым представлением о ней». «Да», — согласился некий импозантный господин с иностранным акцентом. — «Это отшень комплексная проблема».

С тех пор Чебышев стал более осторожен и больше не катался на шагоходе среди ночи.

Про Васю Печкина (сказка для детей)

Вася Печкин был очень прилежным мальчиком.
Он очень любил учиться в школе.
Поэтому он ходил в один и тот же класс по два, по три, а то и по четыре года.
Он ходил в школу осенью, зимой, весной, летом, в понедельник, вторник, среду, четверг, пятницу, субботу, воскресенье, утром, днем, вечером и ночью, то есть в любое время, когда его родители одновременно были дома.
У Васи Печкина были очень хорошие родители.
Они всегда говорили ему, что таких, как он, нигде больше нет, и нежно ласкали его палкой по мягкому месту, то есть по голове.

Collapse )

Торжественное открытие. Синий шар

Слава всему, позор ничему!
Сегодня, в восьмом часу пополудни по времени Москвы, в торжественной обстановке было совершено открытие Наднационального ордена Трудового Железного Креста бредохранилища им. П.П. Кащенко.
Первооткрыватель бредохранилища, ваш непокорный слуга, под звуки помпезного марша вынес из полутёмных лабиринтов на свет б-жий первый пыльный свиток.
Волею-неволею это оказалась рукопись под названием…
Collapse )

Проба пера

Заточив перо, вонзаю его в трепещущее тело этого виртуального организма.
Здесь, в этом щоденнике, я буду публиковать свои безмерно гениальные мысли и наблюдения.
Начало, стало быть, положено.